Размышления вольного социолога (sapojnik) wrote,
Размышления вольного социолога
sapojnik

Category:

Почему нет русских землячеств

Перепечатаю, пожалуй, ввиду вновь появившейся актуальности, главку из моего исследования "Дедовщины в армии", посвященную "землячествам" и "национальным группировкам" в армии. Замечу, что все это писалось в середине "нулевых".


Как уже отмечалось в главе, посвященной «солдатской Я-концепции», в армейской тотальной Группе принудительного членства (далее ГПЧ) солдат вынужден выстраивать свою самоидентификацию практически «с нуля». Первичных оснований для самоидентификации ГПЧ оставляет немного: происхождение (откуда пришел в ГПЧ), время попадания (или период пребывания) в ГПЧ и национальность – то есть все то, что не удается отобрать у призывника вместе с его гражданской одеждой на городском сборном пункте.

Надо только уточнить, что солдатская масса «нутром» различает ГПЧ и ОПЧ (то есть свое армейское подразделение – группу – и собственно армию как таковую), и потому «дедовская» классификация идет, как правило, именно от времени попадания в ОРГАНИЗАЦИЮ, то есть в саму армию. Если «деда» переводят из подразделения, в котором он прослужил 1,5 года, в другое – то, как правило, и в этом его новом подразделении он все равно будет считаться «дедом» и иметь все привилегии «деда» - несмотря на то, что для данной ГРУППЫ он, формально говоря, новичок…

На классификации, построенной на критерии «времени пребывания в ОПЧ», мы уже останавливались достаточно подробно в предыдущих главах. Как самая мощная и понятная для члена ОПЧ, она используется и контролирующими, и исполняющими членами ОПЧ в качестве основы для неформальной иерархии, функция которой
а) поставлять кадры «надсмотрщиков» для функционирования системы принуждения
б) обеспечивать «временную перспективу» для членов армейских ГПЧ.

Однако многочисленные свидетельства отслуживших солдат и сержантов показывают, что, как правило, помимо собственно «системы дедовщины» в армейских подразделениях часто действуют некие неформальные внутригрупповые объединения (или, используя термин из социальной психологии, КЛИКИ) на основе или одинаковой нацпринадлежности, или на основе общего происхождения из одного города/области/района. Такие подгруппы и называются "землячества». Порой эти объединения могли носить даже трансгрупповой характер: скажем, азербайджанцы из разных подразделений одной части в СА или осетины из разных подразделений в РА могли объединятся для помощи членам одноименной клики в одном из подразделений (чаще всего – для наказания обидчика или обидчиков).

Для нас было бы особенно интересно проследить, каким именно образом взаимодействуют «дедовская» неформальная иерархия и различные «землячества» в жизнедеятельности армейских ГПЧ.
Первый вопрос, возникающий «из общих соображений» - а почему вообще мы решили, что «дедовская иерархия» и землячества должны как-то влиять одно на другое? В конце концов, «дедовщина» - это общий механизм принуждения для всей ГПЧ, имеющий при этом отношение ко всем без исключения членам ГПЧ (ведь каждый самим фактом своего появления в ГПЧ получает тем самым место в «дедовской» системе координат, негласный кодекс поведения и одновременно – вектор своего будущего движения по иерархии); а что есть землячество на этом фоне? Не более чем некое объединение нескольких членов группы «по интересам», повод для ностальгических совместных воспоминаний (видимо, перед отбоем), в духе «А помнишь нашу улицу Весеннюю?..»

Отнюдь. В виде клики «по интересам» землячества просто не воспринимались бы никем из отслуживших в качестве значимого фактора их казарменной жизни. Суть дела, оказывается, как раз в порой удачных попытках «землячеств» активно позиционировать себя относительно «дедовской иерархии» и расчистить себе внутри нее (и ЗА СЧЕТ нее) немного «жизненного пространства».

Более того: анализ имевшихся в моем распоряжении интервью как раз показывает интересный факт: как раз «землячества», о которых собеседник считал необходимым упомянуть – это те, которые СУМЕЛИ отстоять себя против системы «дедовщины»; «землячества» же в качестве именно «объединения по интересам», но никак при этом не отраженные в «дедовской» иерархии – практически не упоминаются.
«Землячества» бывают разные. В Советской Армии, ввиду ее значительно большего национального многоцветья, собственно национальных «землячеств» было больше: респонденты рассказывали и о «кавказских» (аварцы, осетины, ингуши, кабардинцы etc.), и о закавказских (армяне, азербайджанцы, грузины etc.), азиатских (туркмены, таджики, узбеки etc.).

В Российской Армии, понятно, многоцветья поубавилось: только «кавказские» остаются, как прежде, во всем великолепии; а вот с прочими беда. Периодически то в том, то в ином подразделении отмечаются собственно «землячества» - скажем, «орловцы» (выходцы из Орла и области), «екатеринбургцы» (соответственно) и т.п. «Городские» и «областные» землячества, как правило, менее устойчивы: их хватает на 1-2-3 призыва, а далее «дедовство» размывает и поглощает казавшийся незыблемым монолит «земель».

При анализе всех интервью как советского, так и российского периода обычно бросается в глаза поразительное отсутствие в списке называвшихся «землячеств» собственно РУССКИХ. Право, на первый взгляд создается ощущение, что русские – это чуть ли не единственная нация сначала в Советской, а затем и в Российской армии, участники которой «неспособны к землячествам».

Это обстоятельство достаточно общеизвестно; факт отсутствия «русских землячеств» в армии, пестрящей, как правило, самыми разными «землячествами», настолько красноречив, что часто осознается мыслящими выходцами из армейских ГПЧ самостоятельно без всяких специальных исследований. Многие делают из него весьма печальные выводы о некоем присущем всей «русской нации» «вывихе», «неспособности к солидарности», «неумении объединяться» и т.п. Однако более содержательный анализ, на мой взгляд, показывает, что для подобных выводом нет никаких оснований.

Для понимания этого достаточно осознать и сопоставить уже известные нам факты: первое – что основная иерархия в ГПЧ «дедовская» и является по своей функции иерархией принуждения; второе – что «землячества» внутри ГПЧ возникают прежде всего и главным образом как инструмент противостояния членов «землячеств» внутригрупповой системе подавления и принуждения. Добавим сюда и третье, совсем уж несомненное обстоятельство, связанное с демографией: известно, что в современной РФ доля русского населения составляет более 80%.

Для населения СССР процент русских был меньше, но все ж превышал 50%. И при этом ПРИЗЫВНАЯ армия, как ей и положено, в целом отражала и отражает национальный состав населения страны…
Отсюда вывод, что «русское землячество» в армейских подразделениях российской армии просто неспособно возникнуть, так как в этом случае в системе возникнет слишком большой дефицит «исполнительного элемента». Если в системе будет слишком много «надсмотрщиков» или вовсе «дедов», армейская ГПЧ окажется просто не в состоянии выполнять возложенные на нее функции; другими словами – станет неуправляемой.

И второй вывод, непосредственно вытекающий из первого: реальным (то есть эффективно защищающим права своих членов в ГПЧ) может быть только «землячество» с ограниченным числом членов. Это должна быть «клика», имеющая в своем составе 5-10% от общего количества участников ГПЧ.

Чем характеризуется «успешное землячество»? Прежде всего тем, что его участники как бы «проскакивают» самые нижние ступени общей «дедовской иерархии», т.е. реально не выполняют функции «духа» или «молодого», переходя сразу к стадии «черпака», т.е. начиная НАДЗИРАТЬ. «Землячество» прикрывает своих от дедовского принуждения – зачастую в собственно силовых противоборствах (драках). Наиболее известны примеры именно различных кавказских «землячеств» - что, видимо, обусловлено изначальной принадлежностью членов таких землячеств к малым нациям и народностям, откуда проистекает повышенная внутренняя сплоченность и готовность к противостоянию «большому брату», как бы он не назывался.

Здесь мы приходим к иллюстрации очень важной особенности «дедовской» иерархии – к ее принципиально ВНЕЛИЧНОСТНОМУ характеру. «Деды», как правило, весьма жестоко и изощренно подавляют любой индивидуальный бунт «молодого», однако, как показывает пример «землячеств», часто пасуют перед организованным сопротивлением ПОДГРУППЫ (клики). Однако к чему это приводит? Обычно – к включению «отстоявшей себя» клики в ту же иерархию но сразу на более высокий уровень.

«Дедовщина» как бы ОБТЕКАЕТ «островки сопротивления» в виде организованных и компактных «землячеств»… и перекладывает, более-менее равномерно распределяя, возросшую нагрузку на остальных, «простых» членов ГПЧ. В конце концов, кто-то же должен подметать плац и разгружать вагоны?!

Полностью "Армия и "дедовщина" здесь:

Армия и "дедовщина"
Часть 1. Явление "дедовщины"
Вступление
1. Договоримся о терминах
2. Феномен гауптвахты
3. Армия мирного времени
4. Солдатская Я-концепция
5. ЗОНА свободы
6. Организация принуждения
7. "Дед" внутри
8. Солдатские санкции
9. Проблема солдатского досуга
10. Почему нет "русских" землячеств
11. Принцип Главного Героя
12. Игры с Властью
13. Стукачи или...
14. Казарменные развлечения
15. В защиту беззащитного призыва

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments