Фиаско хакера
Забавная история… про телефон. Да, практически тот самый, что изображен на обложке моей книжки «Страна утраченной эмпатии» (и он еще появится в повествовании).
А так с этими телефонами «старого типа» - ужасные сложности. Пишу я вот сейчас роман про 1999 год, и там у героя на табуретке возле дивана стоит такой. И я себе голову сломал – как его описывать? И надо ли? Поймет ли читатель, что когда у героя в квартире в конце 20 века стоит телефон – то это не автономная трубочка с кнопками, а вполне себе прибор со шнуром, который тянется за ним через всю квартиру, что трубка у этого телефона тоже на шнуре (не том самом, а другом, с этакими завитушками!), что у этого телефона есть наборный диск (боже, неужели надо еще объяснять, что такое наборный диск??!)
Словом, жизнь автора – не малина, это я уже понял. И к тому ж получил вчера подтверждение, что, пожалуй, да – придется описывать!
Встречался я со старым приятелем еще студенческой поры, который работает психиатром. Натурально так – принимает пациентов в кабинете, в государственной клинике. Презентовал я ему, естественно, свою книгу (нет, надо все-таки обложку привести!) И вот он, ее разглядывая, говорит:
- О! Так у меня в кабинете как раз такой телефон стоит! Всё никак не распоряжусь убрать.
- Да ну? – не поверил я. – Такой старый аппарат? Да не может быть!
- Да сам удивляюсь, - весело отвечает товарищ. – С советских времен остался! Причем он работает, честь по чести, подключен к городской линии. Я им даже иногда сам пользуюсь – хотя, конечно, как-то дико в наше время диск-то крутить…
- И не ломается?
- Да ты что? Советское качество! У меня как раз с ним недавно был смешной случай…
И рассказал. Пришел к нему на прием очередной пациент. Из молодых, в принципе, с психиатрической точки зрения ничего особо страшного, вполне адекватный – так, легкая аутичность, приступы депрессии, но зато – программист от бога, в компьютерах разбирается на ять, программы для Минобороны пишет. Заскочил по обыкновению поболтать и попросить пару таблеток – для стабилизации состояния в связи с наступающей весной. Ничего особенного.
Ну, поговорили, уже стали прощаться – тут молодой компьютерный гений вспоминает, что ему надо маме позвонить, а у него телефон сел. Мой приятель-психиатр без всякой задней мысли предлагает ему позвонить маме «по городскому» (все-таки, видать, он к своему динозавру неровно дышит, дает старику поработать).
- Только, - на всякий случай спрашивает хозяин кабинета, - ты им пользоваться-то умеешь?
- Ну конечно! – отвечает гений. – Что там уметь-то?!
(хотя и смотрит на древний прибор с некоторой опаской)
- Ну хорошо.
И психиатр отвлекся, начал там что-то искать и смотреть у себя в компьютере. И слышит только краем уха, как пациент набирает, поднимает и кладет трубку, снова набирает, чертыхается, снова кладет. Проходит минут 5. Юный хакер с горечью говорит:
- Не могу дозвониться! Все время занято, похоже…
- Постой-постой! – говорит о чем-то догадавшийся мой приятель. – А ну-ка, покажи, как ты набираешь?
И тот показывает. Он держит перед собой блокнотик, где записан телефон мамы. Кладет трубку (!), после чего старательно набирает на диске все 10 цифр. Потом снимает трубку и долго слушает в ней тот длинный, незабываемый для каждого советского человека, непрерывный гудок – Уууууу-уууу-ууууу. Вздыхает «опять занято!», снова кладет трубку и повторяет набор…
Так что вот такие у нас были телефоны. Молодым они уже не даются – слишком сложны.
А так с этими телефонами «старого типа» - ужасные сложности. Пишу я вот сейчас роман про 1999 год, и там у героя на табуретке возле дивана стоит такой. И я себе голову сломал – как его описывать? И надо ли? Поймет ли читатель, что когда у героя в квартире в конце 20 века стоит телефон – то это не автономная трубочка с кнопками, а вполне себе прибор со шнуром, который тянется за ним через всю квартиру, что трубка у этого телефона тоже на шнуре (не том самом, а другом, с этакими завитушками!), что у этого телефона есть наборный диск (боже, неужели надо еще объяснять, что такое наборный диск??!)
Словом, жизнь автора – не малина, это я уже понял. И к тому ж получил вчера подтверждение, что, пожалуй, да – придется описывать!
Встречался я со старым приятелем еще студенческой поры, который работает психиатром. Натурально так – принимает пациентов в кабинете, в государственной клинике. Презентовал я ему, естественно, свою книгу (нет, надо все-таки обложку привести!) И вот он, ее разглядывая, говорит:
- О! Так у меня в кабинете как раз такой телефон стоит! Всё никак не распоряжусь убрать.
- Да ну? – не поверил я. – Такой старый аппарат? Да не может быть!
- Да сам удивляюсь, - весело отвечает товарищ. – С советских времен остался! Причем он работает, честь по чести, подключен к городской линии. Я им даже иногда сам пользуюсь – хотя, конечно, как-то дико в наше время диск-то крутить…
- И не ломается?
- Да ты что? Советское качество! У меня как раз с ним недавно был смешной случай…
И рассказал. Пришел к нему на прием очередной пациент. Из молодых, в принципе, с психиатрической точки зрения ничего особо страшного, вполне адекватный – так, легкая аутичность, приступы депрессии, но зато – программист от бога, в компьютерах разбирается на ять, программы для Минобороны пишет. Заскочил по обыкновению поболтать и попросить пару таблеток – для стабилизации состояния в связи с наступающей весной. Ничего особенного.
Ну, поговорили, уже стали прощаться – тут молодой компьютерный гений вспоминает, что ему надо маме позвонить, а у него телефон сел. Мой приятель-психиатр без всякой задней мысли предлагает ему позвонить маме «по городскому» (все-таки, видать, он к своему динозавру неровно дышит, дает старику поработать).
- Только, - на всякий случай спрашивает хозяин кабинета, - ты им пользоваться-то умеешь?
- Ну конечно! – отвечает гений. – Что там уметь-то?!
(хотя и смотрит на древний прибор с некоторой опаской)
- Ну хорошо.
И психиатр отвлекся, начал там что-то искать и смотреть у себя в компьютере. И слышит только краем уха, как пациент набирает, поднимает и кладет трубку, снова набирает, чертыхается, снова кладет. Проходит минут 5. Юный хакер с горечью говорит:
- Не могу дозвониться! Все время занято, похоже…
- Постой-постой! – говорит о чем-то догадавшийся мой приятель. – А ну-ка, покажи, как ты набираешь?
И тот показывает. Он держит перед собой блокнотик, где записан телефон мамы. Кладет трубку (!), после чего старательно набирает на диске все 10 цифр. Потом снимает трубку и долго слушает в ней тот длинный, незабываемый для каждого советского человека, непрерывный гудок – Уууууу-уууу-ууууу. Вздыхает «опять занято!», снова кладет трубку и повторяет набор…
Так что вот такие у нас были телефоны. Молодым они уже не даются – слишком сложны.