Размышления вольного социолога (sapojnik) wrote,
Размышления вольного социолога
sapojnik

Categories:

Что такое подлец

Продолжение темы «Самоуважение». Начало см. в «Советская честь» и «Глава, исключенная цензурой».



Что такое подлец

На «моральные» темы почему-то не принято писать. Видимо, предполагается, что с ними «все должно быть и так понятно». Хотя это вовсе не так, и здесь масса лакун. Учебников по «морали» нет, а художественная литература помогает не каждому (и хуже всего она помогает тем, кто ее вообще не читает).

Вот, скажем, то же самое слово «подлец», которое мы упоминали в предыдущих главах. Что оно на самом деле обозначает и почему, собственно, является оскорблением – то есть почему люди ОЧЕНЬ не хотят так называться? Этот термин дальше у нас будет ключевым, поэтому надо на нем подробнее остановиться.

Первое приходящее в голову значение самое простое, что «подлец» - это человек, не достойный уважения (что, собственно, подразумевает любое оскорбление). А вот если ближе к нашей теме «самоуважение», то можно сказать точнее: подлец – человек, который не уважает сам себя (не имеет самоуважения). Не уважает сам себя и считается недостойным уважения другими людьми – интуитивно понятно, что эти состояния взаимосвязанные (тождественные ли?)

Можно также отметить, что подлецами часто называют людей, о которых так же говорят, что они «способны на всё». Причем в этом «способен на всё» нет оттенка восхищения (если и есть, то восхищение тут извращенное, в форме «надо же, какой подлец!») Тут уже имеем легкий парадокс, какого-нибудь иностранца такое определение может поставить в тупик: ведь «способен на всё» звучит почти как «всемогущ» - почему же обычно это произносится с явственно негативной коннотацией? Что плохого, если у человека, как пелось в советской песне, «нет преград»?

Но фокус как раз в том, что в данном случае обычно понимается отсутствие у человека каких-либо моральных ограничений – что звучит, к примеру, в известной поговорке «да он мать родную продаст». Таким образом, тут у нас проступает довольно неожиданная ценность – в человеке, оказывается, общество зачастую ценит то, что он чего-то НЕ МОЖЕТ сделать.

В наш век прагматизма это само по себе выглядит странно – когда, казалось бы, в цене только умения, способности и достижения, а любое отсутствие действия или, еще хуже, неспособность к определенному действию должно вроде бы пониматься как слабость и безоговорочно подвергаться осуждению. Но нет: способны на всё, как видим, только подлецы.

И если противоположностью подлецу является, как мы поняли, человек с самоуважением, то мы получаем следующее парадоксальное определение: человек с самоуважением – это человек, для которого есть вещи, которые он делать не станет. Человек с неспособностью к каким-то определенным действиям, «неспособный на всё». Можно сделать и еще один, финальный шаг в нашем определении: предположить, что, по всей видимости, в этом и есть суть самоуважения? Человек уважает сам себя - за что? За то, что есть вещи, которые он (как он считает) делать никогда не станет.

Очень простое определение получилось. Хотя его можно попробовать расширить – перевести, так сказать, из пассивного в активный залог. Человек с самоуважением – это не только тот, кто твердо про себя знает, что он чего-то делать ни за что не будет; это, очевидно, еще и тот, кто также знает о себе – что есть что-то, что он, наоборот, БУДЕТ делать, что бы ни происходило вокруг и чем бы это ему не грозило.

И, соответственно, определение подлеца зеркально: это человек, которому не за что себя уважать, поскольку он знает, что нет таких вещей, которых он не стал бы делать, «повернись так обстоятельства», так же как нет ничего, что он бы делал всегда и невзирая ни на что. То есть вопрос, в сущности, в наличии неких констант – которые есть в сознании людей с самоуважением и которые отсутствуют в сознании подлеца.

Естественно, все вышесказанное напрямую перекликается с понятием «чести» - если его очистить от каких-то чисто сословных коннотаций. «Человек чести» - человек «с прямой спиной», который, например, знает про себя, что никогда не будет целовать ботинки кому бы то ни было (о чем мы уже говорили в главе «Советская честь»). Соответственно, человек «бесчестный» (слово-синоним для «подлеца») ничего такого о себе не знает и сказать не может – возможно, в частности, потому, что он это уже делал и это ПОМНИТ.

На самом деле, конечно, само понятие «честь» чрезвычайно многогранно и совершенно необязательно связано только с какими-то возвышенными и положительными действиями – «люди чести», прямо скажем, бывают разные. Но об этом мы еще поговорим позже.

Здесь надо еще остановиться на общем вопросе – а почему, собственно, самоуважение так важно для человека? Почему люди стремятся себя уважать в указанном смысле, почему очень не любят считать себя подлецами? Что, собственно, есть такого личностно ценного в этом ощущении своей Неспособности на что-то (ХОТЯ БЫ на что-то)? Может быть, это такой в чистом виде социальный конструкт – люди не хотят прослыть подлецами только из-за боязни общественного осуждения, «а что люди скажут», «от людей неудобно»? Ведь в последнем случае проблема только в изменении общественной морали (которая, как мы знаем, чрезвычайно подвижна); может быть, стоит только «изменить мораль», и проблема самоуважения пропадет сама собой, и люди перестанут оглядываться на других и забивать себе голову дурацким вопросом «а не подлец ли я?» - и само слово «подлец» пойдет в словарях с пометкой «устар»?

Проблема, однако, глубже. Когда человек постулирует сам для себя, что у него имеются некие «внутренние ограничения», не зависимые от внешних причин – он тем самым в первую очередь признает, что это самое «внутри» у него есть. То есть все в конечном итоге сводится к извечному вопросу русской классики «тварь я дрожащая или право имею» (зачеркнуто) – кто я, субьект или объект. Если объект (то есть подлец) – то да, внешние обстоятельства имеют определяющий характер, и вопрос только в мере давления; давление чуть больше некой «нормы» - и всё, шар, как в бильярде, покатился именно туда, куда его направил кий.

Понятие «чести», или самоуважения – то единственное, что позволяет человеку – хотя бы до поры до времени, хотя бы в виде иллюзии – воспринимать себя как субьекта, а не как игрушку неких внешних сил. Об этом (этой иллюзии), в частности, знаменитый «второй монолог Гамлета» - нет тот, который «Быть или не быть», а еще более пронзительный – «О флейте». Гамлет рассматривает флейту, оставленную музыкантом, всячески расхваливает ее, а потом вдруг говорит опешившему Клавдию (убийце своего отца): «Вы думаете, что и я такой же, как эта флейта?! Вы можете сломать меня – но играть на мне вы не можете!»

Это и есть основа самоуважения людей чести – они полагают, что их можно «сломать» (то есть убить), но что никто не сможет на них «играть» (то есть заставлять их делать то, что они считают для себя невозможным). Но это мы привели определение, так сказать, на языке самих «людей чести». Есть, однако, еще и язык подлецов («подлый язык»), и мы видим очередной парадокс: на языке подлецов (в наше время он, пожалуй, несколько более употребителен) «сломать» означает как раз означает «заставить играть». Сломанная флейта больше никогда не заиграет; сломанный человек – как раз тот, на котором можно играть что угодно. Что угодно подлецу, если сказать полностью.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ Следующая глава - "Защиты подлеца"
Tags: самоуважение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 71 comments