Размышления вольного социолога (sapojnik) wrote,
Размышления вольного социолога
sapojnik

Category:

Миф о молодежи, или Возраст Молчалина



Не я один сегодня замечаю удивительную вещь: после «пандемии чудовищного ковида» общество понемногу приходит в себя от пережитого стресса, на улицах все меньше людей в противочумных костюмах – но при этом среди тех, кто все еще продолжает носить маски (или даже маски плюс перчатки) больше людей молодых, условно – от 18 до 30. Это странно, ведь, казалось бы, если «эпидемия» особенно опасна для людей пожилых и старых – то и «средства защиты» больше должны таскать именно старики и пожилые. Но нет.

Ласка в перчатках

Очень часто можно встретить молодые парочки, в которых или он, или она, или даже оба сразу – в масках! Невольно закрадывается вопрос – а как же они целоваться-то будут? В ФБ читал описания от таких же «наблюдателей за жизнью», как я: так и целуются! Сквозь маски. Название даже было красивое у поста: «Ласка постковидного мира».

И не только парочки, вообще молодые люди – байкеры, велосипедисты, рокеры… Вроде бы носят вполне себе «контркультурный» прикид – и в масочке. Почему?! А где же это самое молодежное бунтарство, где «пощечина общественному вкусу», где, наконец, это якобы свойственное молодости «презрение к смерти»? Что за мода такая – ходить в намордниках, причем именно потому, что… «этого требуют власти»?

Можно, конечно, списать феномен на якобы свойственные современной молодежи повышенные «ответственность и благоразумие». Просто, дескать, молодые люди проявляют «ответственное отношение», боятся заразиться сами и не хотят заражать других. «У нас – прекрасная молодежь!» - как говорила Агнесса Ивановна в фильме «Курьер», и как, без сомнения, подхватят бесчисленные агнессы ивановны сегодня, свято уверенные, что все эти маски – в самом деле проявления заботы.

Но конечно, дело не в заботе: маски сегодня – вполне четкие маркеры проявления лояльности… и конформизма.

Вспоминается недавняя заметка Анастасии Мироновой по поводу свежего опроса Левады – о поддержке оппозиционных политиков. Там внезапно у Навального обозначился «провал» именно среди молодых – от 18 до 30 (и относительно высокий уровень у тех, кому от 31 до 44). На этом основании Анастасия заявила, что у Навального как политика «нет будущего», потому что «молодые не за него».



Я знаю весьма настороженное отношение Мироновой к Навальному – и в целом оно у меня примерно такое же. Однако с выводом ее не согласен: слабость поддержки Навального «молодыми» еще ни о чем не говорит. Это, скорее, мы сами находимся в плену предрассудков: ведь согласно традиционным представлениям, молодежь всегда и везде – главный хворост протеста, именно молодежь более всего недовольна текущим положением вещей, готова к бунту, к восстанию – и успешна будет только та оппозиция, которая найдет с этой бунтующей молодостью общий язык.

Но, собственно, почему мы так думаем? И всегда ли молодежь ТАКАЯ? Конечно, нет.

Вся эта «бунтарская молодежь» - принадлежность обществ с высокой рождаемостью. Нам это казалось аксиомой и «мировым правилом» просто потому, что высокая рождаемость почти до начала 21 века и была практически везде и всюду – люди и не думали, что может быть как-то по-другому. Высокая рождаемость, высокая смертность – молодые люди уже успели родиться и еще не успели умереть (в 19 веке человек, доживший до 40, уже считался почти стариком). Молодых МНОГО. А хороших мест всегда мало, и они заняты «старперами». Плюс – еще и вокруг масса таких же, как ты – молодых и злых конкурентов за кусок хлеба и лучшее будущее, которые готовы буквально вырвать этот кусок у тебя изо рта. Конечно, такая нервная обстановка и непрекращающийся стресс приводили молодежь в исступление, к готовности крушить мир, чтобы привести его в любое другое, но менее невыносимое состояние.

Однако – не то сейчас. Рождаемость давно и неуклонно падает, в частности, в России молодых людей банально МАЛО. Россия вообще сейчас – страна если не старая, то пожилая. Средний возраст жителя, по данным Росстата – около 42 лет. Для сравнения: на момент Октябрьской революции средний возраст жителя России был менее 20!

То есть то, что мы ошибочно принимали за какую-то врожденную, чуть ли не генетическую особенность, оказалось не более чем социальной реакцией. Молодых людей мало, и поэтому они – совершенно другие. Ввиду малочисленности у них, попросту говоря, нет необходимости работать локтями друг с другом – и потому вместо бунтарства они выбирают путь адаптации. Не ломать, а приспособиться. Не требовать, а втираться в доверие. «Сами предложат и сами всё дадут» - вот девиз нынешнего молодого поколения. Булгаков переворачивается в гробу, но молодые знают, что делают.

Возраст Молчалина
Со школьных лет в голове у современных россиян (тех, кто хоть как-то учился) засел образ из русской классики – «Молчалин как образец холуя и приспособленца». Строчки из «Горя от ума» ушли в народ, все мы нет-нет да повторяем бессмертное: «В моих чинах не должно сметь свое суждение иметь», «девиз – умеренность и аккуратность». Молчалин, собственно, и есть слуга, кто-то вроде лакея при богатом московском барине Фамусове. Каким он нам представлялся, когда мы читали пьесу? Какой-то угодливый господинчик неопределенного возраста, с бегающими глазками, скользкий, мерзкий, всегда в каком-то полупоклоне…

И в каждом классе среди тех двух-трех человек, кто действительно читал Грибоедова, всегда витало одно недоумение (во всяком случае, оно точно было у меня): ну хорошо, пьеса роскошная, Грибоедов гений, но одно совершенно непонятно – как так вышло, любимая женщина Чацкого, дочь Фамусова Софья, к которой он «спешил, летел, дрожал, вот счастье, думал, близко!» - как получилось, что она вместо него влюбилась в мерзкого лакея своего папеньки?! С чего бы вдруг?



Вот этот странный во всех смыслах мезальянс ни один учитель не мог объяснить. Чацкий – умный, интересный, остроумец, везде был, все повидал, прибыл из загранки; кто против него Молчалин? А ведь Софья реально рискует, заведя такую интрижку со слугой: делает ему какие-то признания, пишет письма – явно голову потеряла. Из-за лакея! Удивительно.

В детстве я так и не смог решить эту загадку, тем более, что «Горе от ума» «проходят» в школе очень рано, классе в шестом. Поэтому так, оставил «занозу» в памяти (какая-то у этого вашего Грибоедова несуразица, ей-ей) – да и отвлекся. И только недавно – как раз в связи с размышлениями о «молчалинских» чертах в современной молодежи – вспомнил и нашел решение.

Оно на самом деле очень простое. Молчалин очень молод и очарователен этим самым очарованием юности. Наверно, его внешность – примерно такая, как мы представляем себе Ленского. «Возвышенный юноша». Возможно, это вообще Ленский и есть – чудом выживший после дуэли с Онегиным, разорившийся и перебравшийся в Москву, чтобы «начать с нуля».

Вот поэтому Софья и предпочитает умному и интересному, но потасканному Чацкому очаровательно скромного, милого и заботливого (sic!) Молчалина. Молчалин, конечно, и маску бы надел, была б такая оказия, и ходил бы в ней везде и всюду, напоказ. Своей «ответственностью» он бы еще больше понравился Софье – а Чацкий с его дурацким (с точки зрения всего «общества») бунтарством был бы у нее всегда в пролете.

Молодость, конечно, побеждает; но не напором, не бурей и натиском – а именно вот таким «добронравием». Нет нужды бунтовать, когда можно приспособиться: это выходит и проще, и эффективнее, и, главное, безопаснее. Гений Грибоедова почти два века назад дал нам образ такой вот «новой молодежи» - по всей видимости, той, которая далее и пребудет с нами всегда. Хотя эти молодые, конечно, тоже могут «бунтовать» - но их «бунт» будет тоже необычным: это бунт не против скреп, а против взрослых, которые поддерживают скрепы недостаточно рьяно. Такое хунвейбинство – правда, в России, похоже, молодых настолько мало, что они даже на хунвейбинство не решаются. Или им просто лень.

Дети будут хуже, чем мы


Забавно, но, похоже, те самые 40-летние, которые «поддерживают Навального» - это социально-демографически и выходит та самая страта, которая является единственной базой возможного протеста ВМЕСТО молодежи. Как оно, собственно, и было и что нам было «дано в ощущениях» - те же Болотные и Сахарова всегда поражали именно обилием сограждан весьма потасканного вида, «в годах». Это оправдано: 40-летние - дети «угара совка», в частности – его последнего, горбачевского «беби-бума» (когда, в частности, советским людям запретили пить, и они с горя начали усиленно заниматься сексом). Их оказалось много – и они, получается, до сих пор остаются неприкаянными.

Василию Михалычу Вакуленко, он же репер Баста, в этом году аккурат 40 лет. Это и есть современные «рокеры», выражающие поколение и пишущие «песни протеста»; он да еще 47-летний Шнур. Для сравнения – Цой написал свои «Перемен!», когда ему было 25.
Современные 25-летние «Перемен» не пишут. Зато Василий Вакуленко написал своего рода гимн межпоколенческому взаимодействию – песню «Сансара», у которой сотня миллионов просмотров на Ютубе, со словами «Наши дети будут лучше чем мы». В клипе еще есть 44-летняя «рокерша» Арбенина – все старательно покрыты татуировками, серьгами и как бы всем своим видом выражающие «контркультурный протест».



«Сансара», правда, легко противоречит самой себе – там в припеве «Нас просто меняют местами, таков закон Сансары»; то есть ни о каком «лучше, чем мы» не может быть и речи. Мы догадывались. В действительности же все еще печальнее – наши дети будут ЕЩЕ ХУЖЕ.

А если хотели лучше – рожать надо было больше. Сейчас поздно – поезд ушел.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 312 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →