Размышления вольного социолога (sapojnik) wrote,
Размышления вольного социолога
sapojnik

Category:

Школьные учителя характеризуют его как очень мягкого человека (с)



Вот более чем подробное описание случившегося вместе с предысторией. Совершенно стандартная история, на самом деле - армия в России, собственно, из всего этого и состоит; вот только решимость Рамиля поражает. Он повел себя реально как Терминатор; удивительное мужское поведение в нашей насквозь женской стране. Удивительное!

"25 октября около шести вечера в 65 километрах от Читы на территории войсковой части № 54160 солдат-срочник Рамиль Шамсутдинов расстрелял сослуживцев. Он убил двух офицеров, двух контрактников и четверых солдат-срочников, ранив при этом еще двоих. Newsader узнал подробности обстоятельств массового расстрела. Как следует из слов нашего собеседника, солдат не вытерпел регулярных издевательств, унижений и рукоприкладства. Молодой человек оказался очередной жертвой распространенной в российской армии "дедовщины" – неофициальной армейской иерархической системы, основанной на дискриминации в соответствии с занимаемым рангом и сроком службы. Кровавую акцию возмездия парень планировал заранее, действовал расчетливо и скрыться с места бойни не пытался.

"Били больно и со знанием дела"


Рамиль был приведен к присяге 18 августа – после полуторамесячного пребывания в учебной роте. Уже через неделю он, как и другие новобранцы, начал сталкиваться с оскорблениями от старослужащих и контрактников. Поводы для придирок находились самые разные и сводились к ситуациям бытового обслуживания – вроде плохо застеленной кровати. Не прекращавшиеся с утра и до самого вечера ежедневные словесные унижения новички терпели молча.

После того, как Шамсутдинова перевели на должность пулеметчика в роту электротехнических средств заграждения и охраны, к психологическому насилию добавилось физическое. Не все выдерживали такое обращение: некоторые искали любую возможность отбыть в местный госпиталь.

Державшиеся сплоченной ячейкой Игорь Бондаренко, Салавар Абдрахманов, Руслан Мухатов и Руслан Ибряев начали регулярно избивать недавно прибывших на службу солдат. По словам нашего информатора, "били больно и со знанием дела". При встрече с Рамилем Мухатов наносил ему удары кулаком в плечо и ногой по голени. Происходило это, как правило, при свидетелях, однако в таких местах, где не было видеокамер – например, в помещении с умывальником.

Побои не приводили к серьезным травмам и переломам. Оставались лишь синяки. В ходе утренних медосмотров Рамиль умалчивал об истинных причинах их появления: по объяснениям юноши, пожаловаться врачам на старшину означало прослыть "стукачом" и подвергнуться еще более суровым пыткам.

В воинской части практиковались кражи личных вещей. Рамиль понял, что лишился своего мобильного телефона стоимостью в одну тысячу рублей, когда через месяц не обнаружил его в сейфе, куда сдал аппарат сразу по прибытии. Пропала и сим-карта, которую он предварительно вынул и спрятал. Никаких других ценных вещей у него не было. Расследованием пропажи он и не думал заняться.

Вымыть уборную лицом

Поворотным эпизодом в судьбе Шамсутдинова стало его назначение в подразделение немедленного реагирования – группу в составе 15 человек, включая троих офицеров во главе со старшим лейтенантом Пьянковым. В их задачи входила охрана территории воинской части. С соратниками у Рамиля отношения не сложились: практически каждый из них норовил ударить, унизить и принудить его к сверхурочной неуставной работе, а Пьянков за всякую мнимую провинность заставлял Шамсутдинова выполнять спортивные упражнения.

В четверг, 24 октября, в восемь часов вечера Рамилю полагалось идти на отдых, однако Пьянков отправил его на построение вместе с рядовыми Алеевым и Графовым. Им было приказано учить воинский устав. В таком положении солдаты простояли для полуночи – лишь тогда командир разрешил им сделать перерыв. Уже через час он обязал их продолжить занятия, которые окончились только в пять утра. В течение ночи солдатам удавалось немного поспать во время отлучки лейтенанта. Когда тот окончательно потерял к ним интерес, Шамсутдинову удалось, наконец, прилечь в чуть более комфортных условиях: он устроился в комнате для отдыхающей смены возле сложенного пирамидой оружия.

В семь утра – во время доставки завтрака – стало известно о скором прибытии проверяющей инспекции из Хабаровска. Это обстоятельство привело к увеличению трудовой нагрузки для Рамиля: сначала ему пришлось прибираться в умывальном помещении, а после обеда Пьянков указал Шамсутдинову почистить унитаз в туалете караульного помещения, за уборку которого отвечал именно Рамиль. Он отказался выполнять приказ, расценив его как очередное желание командира уязвить его достоинство. Узнав о саботаже, Пьянков пригрозил ему "почистить унитаз его собственным лицом" – что и попытался сделать, схватив Рамиля за голову и намереваясь окунуть в отхожее место. Потасовка, в ходе которой лейтенант едва удержался от нанесения побоев, окончилась безрезультатно: юноша оказал сопротивление.

Тогда лейтенант передал Рамиля в распоряжение сержанта Ковалева, разрешив ему применить к Шамсутдинову любое насилие – только бы тот вычистил уборную. Вопреки угрозам Ковалева, солдат продолжал настаивать на своем. Сержант перешел к рукоприкладству: нанося один удар за другим, он требовал от рядового выполнить порученное задание.

Рамиль связал эту настойчивость с визитом хабаровской инспекции, которая могла бы в любой момент заглянуть в караульное помещение. "С одной стороны хотели как можно скорее навести порядок, с другой – опасались сильно избивать", – пояснил источник со ссылкой на пояснения Шамсутдинова, добавив, что старшины, по всей видимости, так и не сумели добиться от рядового выполнения приказа.

Повернулся и прицелился


С началом пересменки отряд, в котором был задействован Шамсутдинов, сдал объект и около шести часов вечера отправился в специальное помещение, где происходила зарядка и разрядка оружия, которое по инструкции полагалось бойцам. Солдаты, как всегда в таких случаях, получили плашки с патронами – по 120 патронов на каждого военнослужащего. Обычная практика была такова, что после размещения этих патронов в каждом из четырех магазинов все эти магазины сдавались лейтенанту, который затем прятал их в ящике. Рядовые забирали магазины лишь после дежурства и разряжали их обратно в емкости для хранения боеприпасов. Получалось, что караульные обычно несли службу с пустыми обоймами.

Так должно было произойти и на сей раз, однако в этот день – 25 октября – Шамсутдинов решил использовать представившийся ему случай для совершения расправы со своими гонителями. Когда Пьянков скомандовал "Разряжай!", бойцы приступили к выемке патронов, которые начали выпадать из магазинов с характерным металлическим отзвуком. Рамиль в соответствии со своей специализацией должен был получить пулемет, однако вместо него ему был выдан автомат лейтенанта Пьянкова. "По мнению Шамсутдинова, лейтенанту было попросту лень самому заряжать и разряжать его", – сказал наш источник.

Молодой человек заранее снял автомат с плеча и привел его в боевое состояние: убрал предохранитель, перевел на автоматический режим и откинул приклад, а затем поставил оружие возле своих ног, повернувшись спиной к другим военнослужащим – так, чтобы они не заподозрили неладное.

"Перед ним на металлическом столе лежали 4 заряженных магазина. Он взял магазин, поднял автомат на уровень груди, вставил магазин, передернул затвор и повернулся лицом к остальным. Прицелился в Куропова: тот стоял к Рамилю ближе всех. Последовали выстрелы в голову. Он продолжил стрелять в остальных. Целился в область спины, груди, головы, делая по три-четыре коротких очереди. В моменты попадания по бронежилетам видел искры. Ранил Пьянкова. Кончились патроны в магазине – вставил второй и продолжил вести огонь на поражение. Работал как терминатор".

После того, как все находящиеся в комнате упали на пол, Шамсутдинов начал добивать их.

"Сначала добил Евсеева. Потом увидел, что лейтенант Пьянков подает признаки жизни – шевелится. Сделал пару выстрелов в упор в Пьянкова. Убедившись, что тот умер, осмотрел остальных. Новых контрольных выстрелов не последовало: солдаты не подавали признаков жизни", – поясняет наш собеседник.

Во время бойни один из солдат – Андреев – сумел затаиться. Он вскочил и побежал к дверям сразу после стрельбы по уже лежащему на полу Пьянкову. Рамиль спешно вставил третий по счету магазин, прицелился в убегающего и открыл огонь. Пули настигли военнослужащего, когда тот был у самого выхода их помещения: он замертво упал.

"Шамсутдинов двинулся к выходу и уже собирался покинуть помещение, как вдруг выскочил другой боец – Эрлих – и устремился в сторону зоны для отработки приемов с оружием. Рамиль сделал несколько выстрелов очередью. По всей видимости – промахнулся", – рассказывает информатор.

Одному из присутствовавших – старшему сержанту Коновалову – все-таки удалось сбежать. Решив, что тот прихватил с собой оружие с магазином, Рамиль отправился на его поиски – по всей видимости, чтобы нейтрализовать его. Выйдя из помещения, он двинулся в сторону штаба. Вскоре юноша сделал несколько выстрелов по окнам здания, где должны были находиться дежурный по части и его помощник: Шамсутдинов опасался, что они могут выскочить из здания и начать стрелять ему в спину, однако из здания штаба так никто и не вышел.

Рамиль направился в сторону контрольно-пропускного пункта, однако затем изменил маршрут, предположив, что может столкнуться с вооруженным дежурным. Дойдя до столовой, он встретил там гражданский персонал, которому приказал открыть ворота, выходившие на дорогу, которая ведет к поселку Горный. Один из работников общепита пообещал открыть ворота, но вместо этого забежал в столовую и заперся. Побежавший за ним Рамиль стрелять не стал. Он сосредоточился на поиске выхода из части, обследовал ворота и пытался перелезть через забор.

Его старания не увенчались успехом: Шамсутдинов зацепился за колючую проволоку и в этот момент услышал приближающиеся голоса. Спрыгнув с забора, стрелок услышал выкрик "Стой!" и увидел отряд из четырех-пяти человек с оружием, которые приближались мелкими перебежками. У Рамиля оставалось всего около полутора десятков патронов, поэтому он решил не вступать в перестрелку, решив, что даже в случае устранения одного или двух преследователей ему не выстоять против оставшихся.

Как выяснили потом СМИ, это были силы местного "Антитеррора".

Поняв, что бежать нет смысла, Рамиль бросил автомат на землю. После раздавшихся в его сторону выстрелов он продемонстрировал готовность сдаться, улегшись на землю. В ответ на требование отодвинуть от себя оружие он сам отодвинулся от него. Один из подоспевших к нему бойцов ударил Шамсутдинова по каске. Обезвреженному солдату завели руки за спину и провели его в медицинский пункт.

"Незапланированные" жертвы


На допросе Рамиль признался, что не собирался убивать Алеева и Графова, которые делили с ним ношу подвергаемых избиениям новобранцев, а также командира дежурной смены Евсеева – одного из немногих офицеров, который, как следует из показаний Шамсутдинова, отказывался прибегать к участию в "дедовских" практиках. Не было у него в намерениях расправиться и с Коноваловым.

"В Графова попал случайно: он сливался со всеми в момент стрельбы. В условиях плохого освещения не разобрать было лиц. Видел бы – не стрелял", – передал слова Рамиля наш информатор. Гибель приходившегося ему другом Графова – единственная смерть, о которой по-настоящему сожалеет Рамиль.

Он рассказал, что детали убийства обдумывал в то время, которое было отведено для изучения устава. Уже тогда у него сформировалось понимание того, где и в каком именно положении он будет стоять во время разрядки оружия. Выбранная позиция показалась ему удобной для начала "операции" – с учетом того, что ему было известно расположение остальных бойцов при процедуре опустошения магазинов. Бегство в его намерения не входило изначально: Шамсутдинов был уверен, что в этом случае будет окружен и застрелен. Решимость привести план в действие возникло у Рамиля в день, когда Пьянков пытался погрузить его лицо в сортир.

Ни девушки, ни друзей, ни матери

Рамиль потерял мать в возрасте 13 лет: она умерла семь лет назад из-за злоупотребления алкоголем. Отец воспитывал его в одиночку. У Шамсутдинова – два старших брата 25 и 27 лет.

Информатор охарактеризовал Шамсутдинова как "замкнутого" человека с крайне ограниченным кругом общения. "У него не было ни девушки, ни друзей", – отметил источник.

Одного друга Рамиль, однако, все же упоминает: это Гомзиков Антон, которого, по словам Шамсутдинова, убили в период службы во внутренних войсках в Челябинске.

Его успехи в школе были средними, а любимыми дисциплинами были физкультура и история. Ни дома, ни в школе он не проявлял конфликтность. Школьные преподаватели характеризуют его как очень мягкого человека. "Никто не может поверить, что "позитивный", «неконфликтный» Рамиль, которого они знают, мог совершить такое жестокое преступление", – сообщает пообщавшийся с учителями медиа-ресурс Life Shot.
http://newsader.com/56518-rabotal-kak-terminator-massovoe-ubi/

Нет слов.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 431 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Татарин. Не могу отделаться от ощущения сильного "этнического" подтекста в этой истории. Я вырос не в Татарии, но вокруг меня всегда было какое-то количество татар. Школа, двор, институт, работа. И их всех отличала вот такая тихая спокойная безжалостность. Очень неконфликтные ребята, не бандитствующие, не хулиганьё, к насилию совершенно не склонные, обдумывающие каждое свое действие. Но вот всегда вокруг них была какая-то аура напоминания, что он тебя спокойно, не мучаясь лишними переживаниями, зарежет, если сочтет это оптимальным способом решения проблемы. Поэтому у нас никто никогда к татарам не "докапывался", даже самые упоротые (у уголовного элемента всегда очень сильное "дупное чутьё", с кем лучше не связываться). А тут, видать, собрались ухари, с этой особенностью ментальности плохо знакомые.
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →