Размышления вольного социолога (sapojnik) wrote,
Размышления вольного социолога
sapojnik

Categories:

Шабаш бесов

А вот читатели подсказали старую, сделанную едва ли не одновременно с выходом фильма, рецензию на все те же "12" режиссера Н.Михалкова. Должен признать, она очевидно лучше, чем моя - и продумана, и написана. Дам здесь фрагмент, но рекомендую прочитать целиком:

"Люди не могут понять, почему фильм Михалкова начинается с того, что присяжные пробираются через какую-то грязную стройплощадку, между ведер и стремянок, темные коридоры и толпы визжащих детей, в какой-то спортзал, больше похожий на цех с парящими трубами под потолком, где и заседают в верхней одежде. Что за скопище нелепиц, к чему это все?
Это к тому, что у Люмета фильм начинается с показа величественного дворца правосудия, с огромными колоннами, инкрустированными полами, высоченными коридорами, где ходят люди в костюмах, где полицейский одергивает зашумевших граждан, где присяжные заседают в аккуратной, но тесной комнатке, и страдают от жары и духоты.

Кончается фильм Люмета на торжественной ноте, присяжные расходятся из дворца по широким проспектам, умытым недавним дождем, с чувством выполненного ими гражданского долга, сделавшего общество и их самих немножко лучше, правильнее. У Михалкова присяжные разбегаются, как крысы, в грязную тесноту ночных улиц, с комплексом вины за то, что "убили мальчика" (выпустив его из тюрьмы), и подло-эгоистично лишив его своего содержания и опеки, хотя гебист просил сделать взносы на цветок жизни.

У Люмета лишь один намек. Даже, впрочем, и не совсем намек. Дело в том, что оправдывают-то мальчишку зря. Исходя из представленных улик убил отца он. А предъявленные в пользу мальчишки соображения противоречат сами себе или фактам. Но, в общем, поставленная задача диктовала условия, нужно было максимально усилить очевидность вины, дело ведь не в доказательстве иного, а в возможности самих сомнений. Преследуй он обратное, он вытащил бы из рукава "настоящего убийцу" (как сделал, понятно, Михалков).
Но в конце фильма, когда присяжные покидают комнату, то последний, тот самый архитектор, Генри Фонда, останавливается на пороге, оборачивается, и медленно окидывает ее взглядом.
Если бы в этот момент у него проскользнула хотя бы самая тончайшая усмешка, то кино обратилось бы в историю беса, очень тонко и умно проведшего людей. Если здесь прошло, то где не пройдет. Но усмешки у него нет, это самая тончайшая усмешка из всех возможных, тоньше усмешки Чеширского кота, у которого была усмешка, но не было кота.
Тут есть место под усмешку, но нет усмешки.

Михалков, естественно, сделал обратное. Его фильм - это откровенный шабаш бесов, которые, уссываясь, изображают "людской суд".

И вот интересно. Вывернув наизнанку государственную мораль, руководящую общественную идеологию США 1957 года, Михалков получил в точности, до последней запятой, государственную мораль и руководящую идеологию РФ 2007 года.
Надо же"
. https://morky.livejournal.com/185574.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →