Миронова о Блохинвальде
Блохинвальд - это такое сленговое название Онкоцентра на Каширке, назван по имени его первого руководителя (и создателя) академика Блохина. Я прекрасно помню, что это название за Онкоцентром закрепилось еще в советское время, у меня так его мама часто называла (еще при жизни самого Блохина). Вообще, здание интересное, конечно. Оно здоровенное, многоэтажное. Когда у меня там отец лежал, я узнал с удивлением, как там всё затейливо устроено: кто-то (очевидно, сам же Блохин) придумал, что отделения (и палаты больных) располагаются в соответствии с расположением больных раком органов в теле человека: то есть, грубо говоря, если у вас рак какого-нибудь большого пальца ноги - вы будете лежать в палатах на самых нижних этажах; если рак мошонки - то малость повыше. У отца был рак поджелудочной - он был еще выше, на 10-м, что ли, этаже; если б у него был рак легких - он был бы еще выше, горла - ну, лежал бы уже этаже на 15-м, с унылым видом на индустриальную Москву (Каширка - там же сплошные промзоны). А выше всех, как вы понимаете, на последних этажах - лежат те, у кого рак мозга. Остроумно, хотя юмор тут, мне кажется, не вполне человеческий.
Про Онкоцентр в последнее время заговорили в связи со скандалом - неким "бунтом врачей" в отделении детской онкологии (то есть самом страшном во всем этом весьма зловещем месте). Врачи грозили то ли забастовкой, то ли массовым увольнением, и обвиняли новое руководство отделения в том, что оно стало срезать им расценки и вообще эксплуатировать. В скандал в связи с "письмами врачей" вмешался даже знаменитый доктор Рошаль - я слышал по радио, как он пытался пристыдить врачей и задавал резонный вопрос - "а кто детей лечить будет?" Одновременно было несколько публикаций о том, какие жуткие то ли казарменные, то ли вовсе концлагерные порядки в этом отделении.
Миронова просто, по сути, собрала и вывалила зараз многочисленные слухи, которые годами клубятся вокруг Онкоцентра - и, собранные вместе, они, конечно, производят впечатление почти инфернальное. Хотя, справедливости ради, я должен сказать, что мой личный опыт по лечению отца самые страшные слухи не подтверждает: отцу поставили 4ю стадию, лежал он в отличной двухместной палате с телевизором (причем там вроде бы просто все такие палаты), операцию делали 6 часов подряд - и он после нее прожил еще 3 года, что, как я понимаю, хорошо. Причем денег никаких вообще не брали - это надо отдельно подчеркнуть. С другой стороны, тогдашний ректор МИФИ был одногруппником моего отца, у МИФИ с Блохинвальдом давние совместные проекты по лучевой терапии, ректор лично за него хлопотал - так что, видимо, тут случай нетипичный... Ну и "ложку дегтя" тут тоже нельзя не добавить: хотя операция и прошла успешно - после нее онкоцентр на "спасенного пациента" забил полностью - и тут, видимо, особенность отечественной медицины, которая реабилитацией в принципе не занимается. Прооперировали - и гуляй, как ты дальше будешь жить без значительной части внутренних органов, никого, в принципе, особо не волнует... Отцу, помню, мезим выписали - принимайте, мол, перед едой - должно помочь. Это при том, что до операции он весил под сотню, а после - 54 кг. Всё вырезали.
Но ладно, послушаем Миронову (текст из ее ФБ):
"Я долгое время наблюдала за протестом врачей Центра онкологии им. Блохина и все ждала, будет ли от самих врачей пояснение одного простого факта: откуда у их больницы взялось прозвище "Блохинвальд"? Данное, между прочим, другими врачами. В московских медицинских кругах Центр Блохина ведь иначе и не называют, как Блохинвальд. Откуда это пошло, а, граждане?
Приведу пример: когда мою маму оперировали с онкологией в Ленинградской областной клинической больнице, я там с удивлением обнаружила пациентов из Москвы. Люди с операбельной стадией рака предпочитали платно оперироваться в областной больнице, чем по полису лечиться в "Блохинке", потому что во втором случае из них вытягивали куда больше денег, чем бы они потратили на оплату операции в Петербурге через кассу. Москвичей-пациентов можно встретить и в петербурском НИИ онкологии им. Петрова, в онкоцентре в Песочном. Потому что НИИ Петрова с Бухенвальдом не сравнивают. Да, и в Петербурге есть представление о том, что онкология - это приговор: или жизни, или семейному благосостоянию. Но, по моим наблюдениям, в Петербурге рака боятся меньше, чем в Москве или глубокой провинции, потому что здесь много примеров, когда человека быстро и, главное, бесплатно оперировали, проводили терапию. А в Москве таких примеров мало, поэтому в московском городском фольклоре онкологический диагноз появляется как едва ли не самое страшное, что может случиться. Если москвич заболел раком, он морально готовится к разорению себя и семьи. Часто, при лечении, отмечу, по полису люди выписываются с онкологического учета вообще без имущества: квартира, машина, дача идут на оплату лечения.
Центр Блохина стал символом самой беспощадной коррупции - на умирающих. Лечатся там, помимо москвичей, провинциалы из числа тех, у кого особенно сложный случай, или жители регионов, где вообще нет онкоцентра или в нем доступно лишь примитивное лечение. Вот представьте, что приезжает больной из какого-нибудь Сыктывкара, ему уже никуда не деться, пути назад нет. И начинают с него трясти по полной. За место в палате, а не в коридоре, за постельное белье, за то, за се... Идут какие-то невероятные затягивания сроков обследований. По закону о страховой медицине, при подозрении на опухолевое заболевание человеку должны провести МРТ в течение двух недель на первичном этапе диагностирования. Человек у себя дома ждет несколько месяцев, проходит его. Там же он сдает "стекла" - биопсию, то есть. Приезжает в Центр Блохина - ему говорят, что исследования и анализы из дома не принимают, надо сдавать заново, а это платно. Если кто-то начинает спорить, доказывает, что обследовать его должны бесплатно, ему прямо говорят, что ближайшая очередь - через три месяца. А за деньги, конечно, сразу. Вообще, эти самые "стекла" - это чуть ли не главный инструмент террора в Блохинвальде, на этих "стеклах" людей разоряют по кругу.
Повторяю: человек попадает в центр по ОМС и там просаживает в прямом смысле все, пуская свою семьи по миру. Бывает, что взролые уезжают без лечения, выбирая тихую смерть, зато оставляя детям квартиру. Но если болен ребенок, в ход идет все. Врачи детской онкологии протестуют против беспределов: ребята, а покажите честно фотографии интерьера своих квартир, свои машины, дачи. Может быть, мы тогда поймем, почему многие москвичи едут лечиться за границу или в Петербург. Открою секрет: нет, не потому, что там лучше медицина: какие-то типичные случаи онкологии и в России лечат, протокол лечения при многих диагнозах у нас тот же, что и в развитых странах. Но у нас к протоколу прилагается вымогательство.
Вы посмотрите на парковку персонала в Блохинвальде. Я сама там не была, но не раз видела фото, в том числе специально просила сфотографировать. Да там машины в целом дороже, чем стоят в фешенебельном лондонском Найтсбридже!
Медсестры и врачи обвиняют сегодня администрацию в создании постыдной обстановки коррупции и вымогательства у смертельно больных. И я не сомневаюсь, что те же правила с пересдачей анализов придуманы именно для этого. И в том, что у каждого члена администрации имеется уютная вилла в странах Шенгенской зоны, у меня тоже нет сомнений. Но, извините, множественные факты мелкой и самой разорительной низовой коррупции совершает сам персонал, тот же мелкий и низовой.
Вымогательство в Центре Блохина стало легендой, о нем знает вся страна, потому что у многих провинциалов рак "лечили" в Блохинвальде родственники или знакомые. Почему из года в год центру все сходит с рук? Даже когда там нашли "неучтенные" тела, проще говоря, мумифицировавшиеся трупы, ничего никому не было.
В России вовремя диагностированный рак лечат, вероятно, не хуже, чем в Европе. Но ни один европеец не боится рака так, как россияне. Потому что в нашей стране онкология - самая коррумпированная сфера медицины. Чем более безвыходное у человека положение, тем наглее с него врачи требуют деньги. Самые безвыходные лечатся в "Блохинке", и дерут там с них три шкуры. Не государству в карман, а в тот самый потертый медицинский. Вся страна знает, а врачи делают вид, будто это не их прозвали Блохинвальдом.
Вы, прежде чем на защиту общества рассчитывать, объяснитесь с этим обществом, что называется, за "Блохинвальд".
На самом деле - очень неприятно это всё. Фактически это удар по одному из последних наших оснований для гордости перед Америкой - "у вас платная медицина людей разоряет и по миру пускает, а у нас - ПОЛИС!! Все бесплатно!"
А у нас - врачебная мафия, одна из самых мощных и сплоченных.
UPD. Вот очень дельный комментарий: "РОНЦ вообще занимается в основном предоставлением коммерческих услуг, лечение по ОМС - небольшая часть его работы. И вымогательство с "бесплатных" там в законе, им, вишь ли, доходов от коммерции не хватает.
А тут пришла новая начальница и начала вводить электронный оборот документов, а это ж не способствует имеющимся нравам. Как в электронке укажешь направление на платный анализ пациента с ОМС, что скажет на такую запись проверяющий из ФОМСа? Вот и взбурлило говнишко.
Причём смешно то, что врачи-"бунтари" в вину новой начальнице ставят то, что фактически сами создавали и покрывали много лет. "Смотрите, говорят, тут на стенах грибок!" Но молчат про две вещи. Во-первых, сами они до этой начальницы клали в эти палаты с грибком раковых детей, которым на фоне лечения это было попросту смертельно опасно - и не жужжали. А во-вторых, знаете, как этот грибок нашли? Новая начальница инициировала проверку со взятием соскобов, чтобы узнать, что там растёт. То есть она виновата в том, что нашла грибок там, где о нём десятилетиями молчали в тряпочку".
Про Онкоцентр в последнее время заговорили в связи со скандалом - неким "бунтом врачей" в отделении детской онкологии (то есть самом страшном во всем этом весьма зловещем месте). Врачи грозили то ли забастовкой, то ли массовым увольнением, и обвиняли новое руководство отделения в том, что оно стало срезать им расценки и вообще эксплуатировать. В скандал в связи с "письмами врачей" вмешался даже знаменитый доктор Рошаль - я слышал по радио, как он пытался пристыдить врачей и задавал резонный вопрос - "а кто детей лечить будет?" Одновременно было несколько публикаций о том, какие жуткие то ли казарменные, то ли вовсе концлагерные порядки в этом отделении.
Миронова просто, по сути, собрала и вывалила зараз многочисленные слухи, которые годами клубятся вокруг Онкоцентра - и, собранные вместе, они, конечно, производят впечатление почти инфернальное. Хотя, справедливости ради, я должен сказать, что мой личный опыт по лечению отца самые страшные слухи не подтверждает: отцу поставили 4ю стадию, лежал он в отличной двухместной палате с телевизором (причем там вроде бы просто все такие палаты), операцию делали 6 часов подряд - и он после нее прожил еще 3 года, что, как я понимаю, хорошо. Причем денег никаких вообще не брали - это надо отдельно подчеркнуть. С другой стороны, тогдашний ректор МИФИ был одногруппником моего отца, у МИФИ с Блохинвальдом давние совместные проекты по лучевой терапии, ректор лично за него хлопотал - так что, видимо, тут случай нетипичный... Ну и "ложку дегтя" тут тоже нельзя не добавить: хотя операция и прошла успешно - после нее онкоцентр на "спасенного пациента" забил полностью - и тут, видимо, особенность отечественной медицины, которая реабилитацией в принципе не занимается. Прооперировали - и гуляй, как ты дальше будешь жить без значительной части внутренних органов, никого, в принципе, особо не волнует... Отцу, помню, мезим выписали - принимайте, мол, перед едой - должно помочь. Это при том, что до операции он весил под сотню, а после - 54 кг. Всё вырезали.
Но ладно, послушаем Миронову (текст из ее ФБ):
"Я долгое время наблюдала за протестом врачей Центра онкологии им. Блохина и все ждала, будет ли от самих врачей пояснение одного простого факта: откуда у их больницы взялось прозвище "Блохинвальд"? Данное, между прочим, другими врачами. В московских медицинских кругах Центр Блохина ведь иначе и не называют, как Блохинвальд. Откуда это пошло, а, граждане?
Приведу пример: когда мою маму оперировали с онкологией в Ленинградской областной клинической больнице, я там с удивлением обнаружила пациентов из Москвы. Люди с операбельной стадией рака предпочитали платно оперироваться в областной больнице, чем по полису лечиться в "Блохинке", потому что во втором случае из них вытягивали куда больше денег, чем бы они потратили на оплату операции в Петербурге через кассу. Москвичей-пациентов можно встретить и в петербурском НИИ онкологии им. Петрова, в онкоцентре в Песочном. Потому что НИИ Петрова с Бухенвальдом не сравнивают. Да, и в Петербурге есть представление о том, что онкология - это приговор: или жизни, или семейному благосостоянию. Но, по моим наблюдениям, в Петербурге рака боятся меньше, чем в Москве или глубокой провинции, потому что здесь много примеров, когда человека быстро и, главное, бесплатно оперировали, проводили терапию. А в Москве таких примеров мало, поэтому в московском городском фольклоре онкологический диагноз появляется как едва ли не самое страшное, что может случиться. Если москвич заболел раком, он морально готовится к разорению себя и семьи. Часто, при лечении, отмечу, по полису люди выписываются с онкологического учета вообще без имущества: квартира, машина, дача идут на оплату лечения.
Центр Блохина стал символом самой беспощадной коррупции - на умирающих. Лечатся там, помимо москвичей, провинциалы из числа тех, у кого особенно сложный случай, или жители регионов, где вообще нет онкоцентра или в нем доступно лишь примитивное лечение. Вот представьте, что приезжает больной из какого-нибудь Сыктывкара, ему уже никуда не деться, пути назад нет. И начинают с него трясти по полной. За место в палате, а не в коридоре, за постельное белье, за то, за се... Идут какие-то невероятные затягивания сроков обследований. По закону о страховой медицине, при подозрении на опухолевое заболевание человеку должны провести МРТ в течение двух недель на первичном этапе диагностирования. Человек у себя дома ждет несколько месяцев, проходит его. Там же он сдает "стекла" - биопсию, то есть. Приезжает в Центр Блохина - ему говорят, что исследования и анализы из дома не принимают, надо сдавать заново, а это платно. Если кто-то начинает спорить, доказывает, что обследовать его должны бесплатно, ему прямо говорят, что ближайшая очередь - через три месяца. А за деньги, конечно, сразу. Вообще, эти самые "стекла" - это чуть ли не главный инструмент террора в Блохинвальде, на этих "стеклах" людей разоряют по кругу.
Повторяю: человек попадает в центр по ОМС и там просаживает в прямом смысле все, пуская свою семьи по миру. Бывает, что взролые уезжают без лечения, выбирая тихую смерть, зато оставляя детям квартиру. Но если болен ребенок, в ход идет все. Врачи детской онкологии протестуют против беспределов: ребята, а покажите честно фотографии интерьера своих квартир, свои машины, дачи. Может быть, мы тогда поймем, почему многие москвичи едут лечиться за границу или в Петербург. Открою секрет: нет, не потому, что там лучше медицина: какие-то типичные случаи онкологии и в России лечат, протокол лечения при многих диагнозах у нас тот же, что и в развитых странах. Но у нас к протоколу прилагается вымогательство.
Вы посмотрите на парковку персонала в Блохинвальде. Я сама там не была, но не раз видела фото, в том числе специально просила сфотографировать. Да там машины в целом дороже, чем стоят в фешенебельном лондонском Найтсбридже!
Медсестры и врачи обвиняют сегодня администрацию в создании постыдной обстановки коррупции и вымогательства у смертельно больных. И я не сомневаюсь, что те же правила с пересдачей анализов придуманы именно для этого. И в том, что у каждого члена администрации имеется уютная вилла в странах Шенгенской зоны, у меня тоже нет сомнений. Но, извините, множественные факты мелкой и самой разорительной низовой коррупции совершает сам персонал, тот же мелкий и низовой.
Вымогательство в Центре Блохина стало легендой, о нем знает вся страна, потому что у многих провинциалов рак "лечили" в Блохинвальде родственники или знакомые. Почему из года в год центру все сходит с рук? Даже когда там нашли "неучтенные" тела, проще говоря, мумифицировавшиеся трупы, ничего никому не было.
В России вовремя диагностированный рак лечат, вероятно, не хуже, чем в Европе. Но ни один европеец не боится рака так, как россияне. Потому что в нашей стране онкология - самая коррумпированная сфера медицины. Чем более безвыходное у человека положение, тем наглее с него врачи требуют деньги. Самые безвыходные лечатся в "Блохинке", и дерут там с них три шкуры. Не государству в карман, а в тот самый потертый медицинский. Вся страна знает, а врачи делают вид, будто это не их прозвали Блохинвальдом.
Вы, прежде чем на защиту общества рассчитывать, объяснитесь с этим обществом, что называется, за "Блохинвальд".
На самом деле - очень неприятно это всё. Фактически это удар по одному из последних наших оснований для гордости перед Америкой - "у вас платная медицина людей разоряет и по миру пускает, а у нас - ПОЛИС!! Все бесплатно!"
А у нас - врачебная мафия, одна из самых мощных и сплоченных.
UPD. Вот очень дельный комментарий: "РОНЦ вообще занимается в основном предоставлением коммерческих услуг, лечение по ОМС - небольшая часть его работы. И вымогательство с "бесплатных" там в законе, им, вишь ли, доходов от коммерции не хватает.
А тут пришла новая начальница и начала вводить электронный оборот документов, а это ж не способствует имеющимся нравам. Как в электронке укажешь направление на платный анализ пациента с ОМС, что скажет на такую запись проверяющий из ФОМСа? Вот и взбурлило говнишко.
Причём смешно то, что врачи-"бунтари" в вину новой начальнице ставят то, что фактически сами создавали и покрывали много лет. "Смотрите, говорят, тут на стенах грибок!" Но молчат про две вещи. Во-первых, сами они до этой начальницы клали в эти палаты с грибком раковых детей, которым на фоне лечения это было попросту смертельно опасно - и не жужжали. А во-вторых, знаете, как этот грибок нашли? Новая начальница инициировала проверку со взятием соскобов, чтобы узнать, что там растёт. То есть она виновата в том, что нашла грибок там, где о нём десятилетиями молчали в тряпочку".